Научной же является та литература, которая увеличивает наши знания о человеке и мире, позволяет более свободно ориентироваться среди проблем и соблазнов грядущего. Классическая science fiction попадает под это определение, как попадает под него и fantasy, и социальная фантастика, и фантастика философская, и человековедение.

Действительно, литературное исследование подразумевает моделирование мира, но модели неизбежно абстрактны; fantasy от science fiction, равным образом фантастику от нефантастики отличает лишь степень абстракции. Вот почему хорошая реалистическая литература почти всегда содержит фантастические элементы, а талантливая фантастика реалистична при всей своей сказочной абстрактности.

Конечно, литература, обращенная в будущее, сложнее, вариантнее исследующей настоящее, поэтому именно "Фантастика... находится в совершенно особых отношениях с будущим. Она подобно прожектору, озаряющему лабиринты будущего, которое никогда не состоится, но которое могло бы реализовать себя, если бы его вовремя не высветила фантастика." <7>

Итак - фантастика - разведка, предостережение, инструмент исследования, позволяющий "видеть гипотетические реальности в состоянии нереальности." <8>

Литературный процесс рассматривается семинаром, как магическое зеркало самопознания общества, зеркало, отделяющее будущее от настоящего, реальное от ирреального, зеркало, по одну сторону которого реализм, по другую - фантастика. Уничтожить один из этих двух миров можно лишь разбив зеркало, познать один из этих миров можно лишь заглянув в зеркало, ибо сегодняшний день мы воспринимаем лишь через призму порожденного им будущего, а будущее... будущее начинается сегодня.

Характерный для ХХ века процесс обобществления производства привел прежде всего к чудовищной централизации управления, к сосредоточению всей реальной власти в руках узкого руководящего слоя, озабоченного исключительно собственными интересами.